В навигацию 1980 года по Туре, Тоболу, Иртышу и Оби плыли на баржах необычные сооружения — кустовые и дожимные насосные станции для нефтепромыслов Приобья.
Объекты, на сооружение которых когда-то тратились месяцы и годы, комсомольско-молодежный экспериментальный завод блочных устройств выпускает ныне в так называемом суперблочном варианте. Эти станции будут закачивать воду в недра, способствуя тем самым поддержанию пластового давления и увеличению добычи нефти.
Комплектно-блочный метод позволил резко сократить объем работ на стройплощадках Севера, переместив монтаж и сборку «под крышу», в заводские цехи. В блочном варианте кустовая насосная станция монтировалась из 8—10 боксов весом от 18 до 50 т. Боксы универсальны в транспортном отношении: габариты диктовали железная дорога и чрево «Антея». А вот для суперблоков, весящих 220—300 т, других путей, кроме речных, пока, к сожалению, нет.
Почему нефтяники стали активными заказчиками этого неподъемного оборудования? Дело в том, что эффективность блочного строительства напрямую зависит от уровня заводской готовности объекта. Блочная станция готова на 50—55%, тогда как уровень готовности суперблочной намного выше — 90—95%, и на промысле ее остается затащить на фундамент да подключить к коммуникациям, что по силам бригаде в 8—10 человек. Но все это великолепно при одном условии: если промысел у берега, если суперблок не надо тащить по суше десятки или сотни километров. Тащить же его не на чем и нечем. И СНОВА Мы продолжаем начатую в предыдущем номере публикацию дискуссионных материалов по проблемам дирижаблестроения. Специалисты,
С первых лет добычи нефти и газа Тюменского Севера многие газеты и журналы (в том числе «Техника — молодежи»), говоря о проблемах транспорта, вспоминают о дирижабле. Примем это название как условное — речь не идет о сигарообразных цеппелинах. Сибирякам очень нужен аппарат легче воздуха, грузоподъемностью до 1200— 1500 т, способный перемещаться. Пусть он будет кубом, системой шаров или «бубликом» — суть не в форме, а в возможностях.
Мешок, надутый гелием, удерживает в воздухе человека, собирающего кедровые шишки, — была эта находчивость прославлена лет семь назад фотографией в красноярской газете. Глядя на снимок, мы, строители, подумали: вот бы мешок раз в тысячу побольше! Это же для любой стройки мечта, да и только! Висит он себе над площадкой, привязанный надежно, а с него свисает крюк, на который можно подвесить все, что надо! А уж коли поднимет, как его вместе с грузом тянуть из Тюмени на Ямбург, придумаем.
А Ямбург — дело близкое. Уренгой мы «распечатали», а Ямбургское газовое месторождение в 11-й пятилетке надо обустроить, чтобы в 12-й брать его газ полной мерой. Но оно в Заполярье, у берега Ледовитого океана. Туда предстоит везти в суперблочном исполнении и промысловые установки, и компрессорные станции, и жилье, и столовые, и все прочее. Ибо создавать стройбазы там, где через два-три года они станут ненужными, нелепо. И везти тысячи строителей туда, где при новом методе обустройства можно обойтись сотнями или даже десятками их, — бесхозяйственность.
Надеяться только на речные пути нельзя — навигация слишком коротка, да и пути от берегов будут немалые. Вот почему без дирижабля, экономическую эффективность которого после К. Циолковского не раз убедительно доказали любители-энтузиасты, в развитии газовой промышленности хозяйствовать нельзя. Время дискуссий о дирижабле, на наш взгляд, прошло. Пришло время создавать этот необходимейший транспорт.
АЛЕКСАНДР ГУЛЬКО, директор комсомольско- молодсжного экспериментального завода блочных устройств
ВИТАЛИЙ КЛЕПИКОВ, ст. инженер объединения «Снбкомплектмонтаж», г. Тюмень
На изображении вверху: ЭПАК-1 выглядит внушительно, ведь диаметр аэрокрана равен 15 м.